будущее детей Украины, свободное от наркотиков!
 
STOPнаркотикам! » описание наркотиков » статьи » Правда о метадоне

ПРАВДА О МЕТАДОНЕ

«…Я сидел на метадоне полгода, и все мои попытки «переломаться» ни к чему не приводили. Таких ломок я не испытывал ни на одном наркотике. Я понимал, что метадоновые ломки пережить мне не удастся.         
Когда это осознал,  я обзвонил все наркологические клиники и центры города. Меня гнали отовсюду. «Мы не можем взять на себя ответственность, на лечении у вас могут отказать почки, печень, легкие», — говорили врачи, узнав, что я сидел на метадоне.
Я почти отчаялся, когда уговорил врачей реанимационного отделения одной больницы.
За 300 долларов в день. При этом предупредили, что шансов выжить у меня 60-70%.
Чтобы пережить ломку, меня решили отправить в кому на двое суток. Ввели наркоз, но он не сработал. После метадона он меня не брал. Со второй дозы меня выключили …»
Такую историю мне рассказал Денис, бывший метадоновый наркоман, когда узнал, что в России идет лоббирование «метадоновой программы».

Краткая справка:

Суть «метадоновой программы» состоит в выдаче врачами героиновым наркоманам ежедневной дозы наркотика метадона. Создателями программы предполагалось, что постепенно снижая дозу метадона, можно избавить человека от наркозависимости.
 
«… Я, как и большинство ребят, кого я знаю, начал принимать метадон, когда услышал, что им пользуются в Голландии, чтобы лечить героиновых наркоманов.
 Примерно через полгода приема метадона, я подумал, ну что же, пора останавливаться, моей целью-то было бросить героин. И когда я попробовал бросить, то я понял, что это просто невозможно, потому что если героиновые ломки можно как-то перенести, перетерпеть, то метадоновые просто невозможно…
В итоге, чтобы слезть с метадона, мне пришлось увеличить дозу героина в два раза, чем та, которая была, когда я начал употреблять метадон», — так описывает свой опыт приема метадона Павел.

Принимать наркотики — это неотъемлемое право каждого человека!

Когда метадон только начал применяться в «заместительной терапии», он продвигался за счет энтузиазма ученых и политиков в том, что новое средство, наконец, избавит мир от героина. Но очень быстро стало понятно, что зависимость от метадона превосходит героиновую, люди умирают, и вся ожидаемая польза обернулась реальной бедой.
Однако, когда нет реальных результатов, на помощь приходят лоббисты и PR-щики.
Лидирующую роль в этом играет Фонд Сороса, который является движущей силой программ «снижения вреда» от наркотиков, легализации марихуаны и «метадоновых программ» по всему миру. Однако, сейчас основные усилия направлены на работу в центральной и восточной Европе, включая Россию.
Идеологию фонда в отношении легализации наркотиков можно выразить словами руководителя этого направления профессора Надельмана: «Через несколько лет право на прием наркотика будет таким же неотъемлемым, как и любые другие права».
 
Кому выгоден рост СПИДа?
Как бы это ужасно ни звучало, но для лоббистов выгоден рост СПИДа в России. Метадон выдается наркоманам в виде сиропа, который они пьют, поэтому кажется логичным, что «метадоновая программа» может остановить СПИД. Это главный козырь лоббистов. Под лозунгом борьбы со СПИДом можно продвинуть что угодно.
Хотя можно цифрами и фактами доказать, что программа, в действительности, бесполезна для борьбы со СПИДом.
Обычный сценарий лоббирования «метадоновой программы» во всех странах таков:
1.       В обществе создается настоящая истерия угрозы СПИДа — плакаты, буклеты, телепередачи, газеты, радио — по всем возможным каналам людей откровенно запугивают СПИДом. Когда страх в обществе достиг необходимого показателя, начинается второй этап.
2.       Продвигается программа «обмена шприцов», в рамках которой наркоман, чтобы перед тем, как вколоть себе дозу получает из рук заботливого сотрудника чистый шприц.
3.       Все это время продолжается нагнетание страха поголовного заражения СПИДом.
4.       В связи с тем, что организациям, раздающим шприцы, общество начинает больше доверять, то лоббисты переходят к главному этапу.
5.       Ключевым чиновникам, врачам и политикам на деньги Фонда организуется экскурсия в ту или иную страну, где действуют метадоновые клиники.  Им показывают чистые клиники, аккуратных наркоманов, пузырьки с метадоном, стоящими рядом с пакетами апельсинового сока. Эта идиллия создают лоббистам союзников, которые продвигают программу изнутри своих ведомств.
6.       Вводится пилотный проект метадоновой программы в небольшой провинциальном городе.
7.       Потом «метадоновые программы» вводится по всей стране, но для очень узкого круга пациентов (зараженные СПИДом, гепатитом и т.п.);
8.       И уже после этого метадон становится самым распространенной программой по борьбе с наркоманией в стране. Скажем, во Франции практически каждый наркоман, принимающий героин проходит метадоновую программу.

В некоторых странах лоббисты проходили все эти шаги, в некоторых перепрыгивали через несколько ступеней

Лоббирование в России в 2000-2001 годах

В те года все шло по плану.
Сначала лоббисты взялись за Минздрав.
К 2000 году некоторые чиновники Минздрава уже побывали на экскурсиях в метадоновых клиниках.
15 мая 2000 года Минздрав разослал по регионам на согласование проект изменений в «Закон о наркотических средствах и психотропных веществах». Он как исключение разрешает «лечение наркоманов наркотическими средствами и психотропными веществами…» Фактически в поправках идет речь об использовании метадоновой программы.
В декабре 2000 года в Казани состоялась конференция по передаче опыта использования французской метадоновой программы наркологам Татарстана. Конференция полностью поддерживалась правительством республики.
Примерно в тоже время заместитель главного санитарного врача Екатеринбурга Виктор Романенко преложил легализовать метадон в Свердловской области. Введение такой меры, по его мнению, должно предотвратить развитие наркомании и ВИЧ-инфекции.
29 мая 2001 года в Нижнем Новгороде была организована закрытая встреча о легализации метадона с участием представителей регионов, МВД, Минздрава и других ведомств.
Однако, в спокойный процесс легализации ворвалось общественное мнение. В то время вышло десяток статей о метадоне, телепередачи, правозащитники направляли письма в госучреждения о тайных процессах легализации.
Это сработало.
Главный нарколог Минздрава В. Егоров, который отрыто заявил: «… Минздрав надеется преодолеть существующий законодательный запрет на реализацию метадоновой программы в Российской Федерации», был снят с поста и переведен на нижестоящую должность.
Лоббисты притихли и казалось, что все закончилось.
И тут, как гром среди ясного неба
 
Лоббирование в конце 2002 года
9 декабря 2002 года Комитет по законодательству Госдумы провел научно-практическую конференцию в Госдуме на тему "Правовое регулирование в сфере противодействия незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ: международный опыт".
Несмотря на название, основную часть конференции занял доклад легализации метадона в России. Далее последовала дружное выражение поддержки легализации со стороны участников конференции.
В конференции приняли участие депутаты Государственной Думы, представители министерств и ведомств, специалисты в области уголовного права зарубежных стран, представители Верховного суда и т.д.
Вступительное слово на конференции произнес Председатель Комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников, а основной доклад о метадоне сделал Александр Баранников — член этого же комитета. Оба депутата представители фракции СПС.
Давно не приходилось слушать столько хороших слов в адрес метадона и метадоновых программ.
После конференции Баранников сказал, что его возили на экскурсию в метадоновую клинику в Прибалтике…
В 2003 году Комитетом по законодательству будут предложены поправки в закон, разрешающие использовать метадон.
Не хочется думать о том, что деньги заставляют людей совершать плохие поступки, но есть факт, который трудно отбросить: себестоимость синтеза метадона намного ниже стоимости производства героина и многих других наркотиков.
Как сказал Денис о тех, кто двигает метадон в Думе: «Они или очень плохие люди, или они позволили запудрить себе мозги…»

Сухие факты о метадоне и метадоновой программе

Метадон — препарат, созданный как обезболивающее средство для нужд армии Германии. Патент на формулу Третий Рейх выдал в 1941 году. При оккупации формула попала в руки американских военных и была передана в наркологическому исследовательскому центру в Лексингтоне. В 1964 году было предложено использовать этот наркотик, как средство для лечения опиумной зависимости.
Смертность. Рост смертности от метадона является самым высоким среди всех известных наркотиков. Представитель Международного комитета по контролю наркотиков от Германии Оскар Шредер заявил, что в последние годы от применения метадона увеличилась смертность в два раза. В 1997 году умерло 100 человек, в 1998 году уже 240. В США, где метадон в последние годы стал использоваться более широко, цифры таковы: во Флориде в 2000 году от метадона умерло 209 человек, 357 в 2001 году и 254 за шесть месяцев 2002 года. В США смертность от метадона превышает смертность от героина.
Ломки. Зависимость от метадона превосходит героиновую в несколько раз.
Наказание. Основатель «метадоновой программы» Бельгии Жак Будор уже три раза приговаривался судом к наказанию за то, что в результате проводимых им метадоновых программ умирают люди.
Рабство. Наркоман, проходящего «метадоновую программу», с трудом устраивается на работу (наркоман!), его здоровье постоянно подтачивается метадоном, он вряд ли сможет иметь детей, он намертво привязан к своему наркологическому центру и никуда не может уезжать.
Черный рынок. Метадон неизбежно выходит из центров и попадает на черный рынок. По заключению исследователей метадоновой программы в Австралии: «Черный рынок Сиднея практически полностью состоит из метадона, полученного из ресурсов метадоновой программы».  В Копенгагене, 47% наркоманов принимают нелегальный метадон.
Метадон не решает проблему СПИДа. В докладе Объединенной комиссии ООН по СПИДУ за 1998 год признается, что в странах, где метадон используется уже 30 лет, состояние с ВИЧ-инфекцией является «неудовлетворительным по причине стремительного распространения эпидемии».
Проблемы с сексом. У 75% метадоновых наркоманок нарушаются или полностью прекращаются менструальные циклы.
Новый наркотик для лечения метадоновой зависимости. Метадоновая зависимость настолько сильна, что уже создан новый галлюциногенный наркотик ибогайн, призванный «лечить» метадонщиков.
Признание разработчиков программы. Есть один малоизвестный факт, о котором в волне лоббирования, никто не знает. В конце 80-х годов основатели метадоновой программы Мари Нисвандер и Винсент Доул написали письмо в Журнал Американский медицинской ассоциации, в котором заявили: «… даже если метадоновая программа теоретически и была здравой, то в реальности она оказалось полным провалом».
                                                  Александр Иванов
 
Ниже приведены отрывки из статьи в интернете: «Хто годує наших дітей метадоном?

created by студия "Вирус"
при поддержке StopNarcotics.ru
Искусство SEO
 
© НАРКОНОН. Все права защищены.
Нарконон зарегистрированная торговая марка и марка обслуживания, принадлежащая Ассоциации по Улучшению Жизни и Образования и используется с ее разрешения.